April 5th, 2010

терминатор

Начало войны в 1941 году -2

Итак, как я и говорил в субботу, про начало войны.

Стратегия СССР была довольно внятной – руководство страны рассматривало несколько вариантов развития событий и держало войска, имея в виду, что основным фронтом станет Украина. Действительно, рассчитывать на столь молниеносное наступление противника было довольно трудно, тем более с теми силами, которыми располагал сам СССР. Поэтому естественным виделось стремление захватить богатую Украину. В этом была, конечно неправильная оценка противника. Но, как бы то ни было, ЗАПОВО располагал в целом вполне себе неплохими ресурсами даже на фоне КОВО.

Действия руководства ЗАПОВО до войны меня несколько удивляют. Они необъяснимы. Особенно поход в театр, особенно ситуация с аэродромами, а также ситуация с дислокацией в Бресте трех дивизий (6 сд, 42 сд и 22 тд.). Но все же, в НКВД не идиоты сидели, и, если Павлова расстреляли не за измену Родине, не за халатность до войны, а за потерю техники во время боевых действий, значит, в целом, руководство СССР не нашло предательства в действиях Павлова.

Размещение трех дивизий в Бресте (под катом две карты) довольно трудно объяснимо. Но, если мы посмотрим, например, на судьбу 113 сд, которая также была дислоцирована прямо у границы, то увидим, что эта сд смогла оказать противнику сопротивление в первый день войны, в отличие от 28 ск.

Поражение ЗАПОВО было предопределено. Некоторые действия руководства округа, возможно, это поражение усилили. Без них оно не было бы столь сокрушительным. Но то, что приграничные сражения СССР проигрывал – безальтернативная реальность.

Как бы мы не желали, но концентрация немцами сил на участках прорыва делала это поражение практически неизбежным.

Туман войны, который являлся проблемой для СССР, впрочем, мог бы быть и проблемой для Германии (и стал для нее реальной проблемой, когда под Смоленском фашисты столкнулись с войсками второго эшелона). Но что именно могло бы сделать руководство страны?

Например, сконцентрировать в местах наиболее вероятного наступления мощные мобильные кулаки. Но откуда мобильность? Танки сами по себе мало приспособлены к быстрым перемещениям по бездорожью – их ресурс… того. Машин у нас было мало. Лошади остаются. Но какая уж тут мобильность?

Кстати. О мобильности в современности. Вот тут у Сирджонса
http://sirjones.livejournal.com/1234750.html?mode=reply можно посмотреть на то, как выглядят дороги Смоленска сейчас. Судя по всему, они то ли не ремонтировались с момента блицкрига. То ли там пытаются воссоздать атмосферу 41 года во всей его красе.

Еще раз. Это с высоты сегодняшнего дня легко например, говорить, что надо было концентрировать танковые группы в 100 км от границы. Или фантазировать о создании артиллерийских групп мобильного характера (да хоть на лошадях). В реальности мы имели дело с туманом войны. Который не давал однозначного ответа, где держать войска.

Но в руководстве страны не дураки сидели. Поэтому, если мы посмотрим на карты, то как раз и увидим, что основные силы располагались как раз в 50-100 км от границы в группах (как, например 6 и 11 мк).

Боеготовность… Вопрос о боеготовности, безусловно, имел значение для сил, которые выдвинуты к границе. Но он не был критическим. Вот в чем дело. Объясню – налицие директив от 13 и 18 июня, а также наличие переданной в войска директивы номер 1 не помогло войскам второго эшелона, не помогло корпусам, дислоцированным вдалеке от границы отразить удар немцев. А ведь они столкнулись с немцам потом – когда война уже шла. На второй, а то и на 30 день. Находясь в состоянии боеготовности.

Действительно. Неприведение войск в районе Бреста в состояние боеготовности привело к потере 28 ск за несколько часов. Это удар. Сильный удар. Но это не катастрофа. Катастрофа же в том, что даже те войска, которые были приведены в боеготовность, потерпели поражение. Были разгромлены.

Наше поражение в приграничных сражениях 1941 года было предопределено. И руководство страны это понимало. Поэтому шло сосредоточение и отмобилизование новых частей и соединений в глубине страны. Но никто не ждал, что война будет столь стремительной. И что немецкая военная машина окажется столь совершенной. В результате успешных действий фашистов и ряда стратегических ошибок советской стороны, катастрофа приграничного сражения (которая была понятна и предугадывалась советским руководством заранее), превратилась в катастрофу всего 1941 года.

Какой же вывод я могу сделать из всего сказанного? Ставя себя на место руководителей СССР того времени, я должен признать, что, обладая ЛИШЬ той информацией, которой обладали они, лучше встретить войну, чем это сделали они, было практически невозможно.


Внизу даны карты.

Collapse )


Collapse )